29 декабря родился сценарист и режиссер Энди Вачовски, часть творческого тандема братьев (а позднее брата и сестры) Вачовски, давшего миру самую знаменитую киноантиутопию - "Матрицу".

Вышедший на экраны 15 лет назад фильм сразу получил статус культового. Эффектные драки с зависанием в воздухе и ловким уклонением персонажей от пуль копировались и пародировались с тех пор несчетное количество раз. Главная идея картины о том, что, возможно, вся наша реальность - фальшивка, за которой есть реальность другая, настоящая, была для Голливуда как минимум свежей. Хотя и не новаторской - в том же году вышли "Тринадцатый этаж" Йозефа Руснака и "Экзистенция" Дэвида Кроненберга.

Наверное, каждый, кто в 1999-м году впервые увидел в "Матрице" сцену погони агентов за Тринити, как минимум воскликнул "Ого!", а досмотрев до финальных титров, задумался о метафизике. В России "Матрицу" хвалил в одном из редких интервью наш лучший современный фантаст Виктор Олегович Пелевин и в буквальном смысле воспевал писатель Михаил Елизаров.

Чем же обязан голливудский блокбастер столь сильному повсеместному обожанию? Все просто. Главная его заслуга, помимо несомненной чисто эстетической ценности, состоит в передаче массовой культуре нового века идей и пророчеств немассовой культуры века прошлого. О них и пойдет речь в данном тексте, представляющем собой обзор некоторых произведений писателей-фантастов, рекомендуемых к прочтению для лучшего понимания сути вещей.

"Город живых мертвецов" (1930), Флетчер Прэтт, Лоуренс Мэннинг

Далекое будущее, начало пятого тысячелетия нашей эры. Города стоят пустые и заброшенные. По их улицам бродят только дикие животные. В давно покинутых домах ржавеют останки причудливых машин непонятного назначения. Последний человек ушел отсюда много лет назад. Но куда? Наступает ночь, город погружается во мрак, и лишь кто-то очень внимательный может заметить несколько горящих окон в одном из исполинских небоскребов. Там, этаж за этажом, в длинных залах живые мертвецы раз за разом проживают жизни, о которых мечтали. Они стоят, как памятники самим себе и человечеству в целом, опутанные тысячами тонких серебряных проводов, каждый из которых одним концом присоединяется к человеческому нерву, а другим - к машине, которая заменяет жизнь в этом смертельно наскучившем мире другой, той, о которой вы всегда мечтали. Там вы можете делать все, что захотите и быть тем, кем захотите. Навсегда. И бесплатно.

Новелла "Город живых мертвецов" была написана двумя ныне забытыми писателями во времена зарождения научной фантастики, в далеком 1930-м году. Тогда, во время активного прогресса и индустриализации, страх того, что машины могут заменить человека во всем от физического труда до интеллектуальной деятельности, был популярен и велик. Но Прэтт и Мэннинг пошли дальше, предположив, что будет, если машины заменят человеческую жизнь. Зачем жить в скучном мире, где все и так делается за вас, где не нужно зарабатывать на хлеб и беспокоиться о чем-либо вообще, когда можно отдать себя во власть электрических механизмов, которые вечно будут развлекать вас неотличимыми от настоящих приключениями?

Неизвестно, позаимствовали ли братья Вачовски сюжет своего знаменитого творения у рассказа, напечатанного когда-то давно в дешевом журнале, и спрашивал ли кто-нибудь их об этом. Но совпадений много: вымерший мир, люди в коконах из проводов, ставшие рабами машин, даже избранный, который должен спасти человечество. К сожалению, данное произведение не издавалось на русском языке, но его можно найти в оригинале и убедиться, что люди боялись проиграть мир своим же изобретениям еще за 70 лет до "Матрицы".

"Неприятная профессия Джонатана Хога" (1942), Роберт Хайнлайн

Хайнлайн был одним из первых, если не самым первым писателем, кто распознал во Вселенной театральную декорацию и рискнул проткнуть ее поверхность. Так появилась повесть "Неприятная профессия Джонатана Хога". Одинокий мужчина Джонатан Хог тихо живет в своей квартире, каждое утро идет на работу, вечером возвращается, иногда ходит в гости, но в один прекрасный день обнаруживает, что понятия не имеет, где конкретно работает и чем занимается. Такое положение дел ему, конечно, не нравится, поэтому он обращается к частным детективам, супружеской паре Эдварду и Синтии Рэндалл. Детективы начинают расследование и раскрывают пугающий секрет о природе того мира, в котором мы живем.

Постараемся обойтись без спойлеров и не будем этот секрет раскрывать. Лучше остановимся на главном. А главное, как известно, - любовь, которая реальнее любой из бесконечного количества возможных параллельных или пересекающихся вселенных. Именно такой вывод делает Хайнлайн в результате своего эксперимента по проверке на прочность материи мира. И именно эта идея также нашла воплощение в "Матрице", правда, несколько неоднозначное. Задумайтесь: полюбила ли Тринити Нео потому что он Избранный, или, наоборот, он стал Избранным, когда Тринити призналась в своей любви?

"Нейромант" (1984), Уильям Гибсон

Этот роман стал точкой отсчета для всего жанра "киберпанк". Написанное местами нарочито грубым языком, изобилующим ненормативной лексикой и неочевидными метафорами, множеством выдуманных жаргонизмов и терминов, которые никак не объясняются и не расшифровываются, произведение обволакивает читателя мрачной и потрясающе детализованной атмосферой. Вселенная Гибсона состоит из могущественных организаций, компьютерных террористов, киберпреступников, искусственных интеллектов, творящих свои виртуальные миры, и человечества, обреченного гнить в декадентстве и обвешивать себя гаджетами.

В не таком уже и далеком будущем после войны между США и Россией, начавшейся с локального конфликта в Восточной Европе (ой!), страны Западной цивилизации теряют свою мощь. Им на смену приходят править Землей межнациональные корпорации, в основном, японские. Скачок развития технологий приводит к появлению так называемого киберпространства, или матрицы. Оно представляет собой гибрид виртуальной реальности и интернета, который, напомним, в 1984 году находился еще в зачаточном состоянии. Кстати, некоторые всерьез склонны полагать, что обликом нынешней всемирной сети мы обязаны Уильяму Гибсону.

Главный герой романа - Генри Дорсет Кейс, один из лучших хакеров на планете. Правда, в книге его профессия называется "ковбой". Бледный болезненный молодой человек, сидящий на наркотиках и жизни своей не представляющий без киберпространства. Умен, хитер, остроумен, склонен к рефлексии и саморазрушению. Характер скверный. Не женат. Послужил прототипом для Томаса "Нео" Андерсона. Персонаж, в отличие от своего экранного воплощения, сложный и объемный.

Главная героиня - Молли, в разных местах кибернетически улучшенная девушка, совершенная машина для убийства. Знает кунг-фу и любит Кейса. Послужила прототипом для Тринити, но так же, как и в случае с Кейсом и Нео, гораздо интереснее своей голливудской реинкарнации. Также в романе присутствуют: искусственный интеллект, способный принимать человеческий облик, создавать реальности и помещать в них человеческие сознания, свободная колония растафариан под названием "Сион" и, собственно, сам термин "матрица".

Таким образом, "один из лучших и точных", по мнению Пелевина, фильмов в массовой культуре по сути является не чем иным, как выжимкой из нескольких литературных произведений, перенесенной на широкий экран с добавлением массы эстетских спецэффектов. Хорошо это или плохо - судить трудно и бесполезно. Главное - помнить об истоках, стремясь к прогрессу, и не верить тому, что считает себя объективной реальностью.


Помните, когда начали выходить вторая и третья «Матрицы» многие говорили что это уже не то, что все скатилось к спецэффектами и «голливудщине», пропал так сказать целостный сюжет и философское начало фильма, которое прослеживалось еще в первой части. Были у вас такие мысли? А я вот только сегодня обнаружил, что по сети ходит некий оригинальный сценарий «Матриц». Скорее всего он появился с ресурса фанатов http://lozhki.net/ , там много выложено англоязычных сценариев и материалов фильма.

Но нельзя исключать, что это всего лишь фанатская фантазия. У кого есть более точные сведения на этот счет — поделитесь. А мы с вами будет читать, какой должна была быть настоящая «Матрица» братья Вачовски (ну или кто не знал сестры и брата Вачовски).

Братья Вачовски писали сценарий трилогии «Матрицы» пять лет, но продюсеры переработали их труд. В настоящей «Матрице» Архитектор говорит Нео, что и он сам, и Зион - это часть Матрицы, чтобы создать для людей видимость свободы. Машину человек победить не в силах, и конец света нельзя исправить.

Сценарий «Матрицы» создавался братьями Вачовски на протяжении пяти лет. Он породил целый иллюзорный мир, густо пронизанный сразу несколькими сюжетными линиями, время от времени причудливо переплетавшимися между собой. Адаптируя свой колоссальный труд для экранизации, Вачовски изменили так много, что, по их же собственному признанию, воплощение их замыслов оказалось лишь «фантазией по мотивам» той истории, что была придумана в самом начале.

Из сценария продюсером Джоэлом Сильвером был убран суровый финал. Дело в том, что с самого начала Вачовски задумывали свою трилогию как фильм с самым печальным и безысходным концом.

Итак, оригинальный сценарий «Матрицы».



Прежде всего, стоит оговориться, что сценарные наброски и разные варианты одного и того же фильма, будучи отвергнутыми, далее не дорабатывались, поэтому многое осталось не увязанным в стройную систему. Так, в «грустном» варианте трилогии события второй и третьей частей довольно сильно урезаны. При этом в третьей, заключительной части начинается развертывание настолько суровой интриги, что она практически ставит с ног на голову все события, происходившие ранее по сюжету. Точно так же финал шьямалановского «Шестого чувства» полностью перетряхивает все события фильма с самого его начала. Только в «Матрице» зритель новыми глазами должен был взглянуть практически на всю трилогию. И очень жаль, что Джоэл Сильвер настоял на реализованном варианте

С момента окончания событий первого фильма проходит шесть месяцев. Нео, находясь в реальном мире, обнаруживает у себя невероятную способность воздействовать на окружающее: сперва он поднимает в воздух и гнёт ложку, лежащую на столе, потом определяет положение машин-oхотников за пределами Зиона, потом в бою со Спрутами уничтожает одного из них силой мысли на глазах потрясенной команды корабля.

Нео и все окружающие не могут найти объяснение данному феномену. Нео уверен, что этому есть веская причина, и что его дар как-то связан с войной против машин, и способен оказать решающее воздействие на судьбу людей (в снятом фильме эта способность тоже есть, но она вовсе не объясняется, и на ней даже не особенно заостряют внимание - может, и всё. Хотя, по здравом размышлении, умение Нео в реальном мире вытворять чудеса не имеет абсолютно никакого смысла в свете всей концепции «Матрицы», и выглядит просто странно).

Итак, Нео отправляется к Пифии, чтобы получить ответ на свой вопрос, и узнать, что ему делать дальше. Пифия отвечает Нео, что не знает, почему он обладает сверхспособностями в реальном мире, и как они связаны с Предназначением Нео. Она говорит, что тайну Предназначения нашего героя может открыть только Архитектор - верховная программа, создавшая Матрицу. Нео ищет способ встретиться с Архитектором, проходя через неимоверные трудности (здесь участвуют уже известные нам Мастер ключей в плену у Меровингена, погоня на шоссе и прочее).

И вот Нео встречается с Архитектором. Тот открывает ему, что город людей Зион уничтожался уже пять раз, и что уникальный Нео был намеренно создан машинами для того, чтобы олицетворять для людей надежду на освобождение, и таким образом сохранять спокойствие в Матрице и служить её стабильности. Но когда Нео спрашивает у Архитектора, какую роль во всём этом играют его сверхспособности, проявляющиеся в реальном мире, Архитектор говорит, что ответ на этот вопрос никогда не может быть дан, ибо он приведет к знанию, которое уничтожит всё, за что сражались друзья Нео и он сам.

После разговора с Архитектором Нео понимает, что здесь скрыта какая-то тайна, разгадка которой может принести долгожданный конец войны между людьми и машинами. Его способности становятся всё сильнее. (В сценарии есть несколько сцен с впечатляющими боями Нео с машинами в реальном мире, в котором он развился до супермена, и может почти то же, что и в Матрице: летать, останавливать пули и прочее).

В Зионе становится известно, что машины начали движение к городу людей с целью убить всех вышедших из Матрицы, и всё население города видит надежду на спасение в одном только Нео, который вытворяет прямо-таки грандиозные вещи - в частности, получает умение устраивать мощные взрывы там, где он хочет.

Тем временем вышедший из-под контроля главного компьютера агент Смит, ставший свободным и получивший умение бесконечно копировать себя, начинает угрожать уже самой Матрице. Вселившись в Бэйна, Смит проникает также и в реальный мир.



Нео ищет новой встречи с Архитектором, чтобы предложить ему сделку: он уничтожает агента Смита, разрушив его код, а Архитектор открывает Нео тайну его сверхспособностей в реальном мире и останавливает движение машин на Зион. Но комната в небоскрёбе, где Нео встречался с Архитектором, пуста: создатель Матрицы поменял свой адрес, и теперь никто не знает, как его найти.

Ближе к середине фильма происходит тотальный коллапс: агентов Смитов в Матрице становится больше, чем людей и процесс их самокопирования нарастает как лавина, в реальном мире машины проникают в Зион, и в колоссальной битве уничтожают всех людей, кроме горстки уцелевших во главе с Нео, который, несмотря на свои сверхспособности, не может остановить тысячи машин, рвущихся в город.

Морфеус и Тринити гибнут рядом с Нео, героически защищая Зион. Нео в страшном отчаянии увеличивает свою силу до совсем уж неимоверных масштабов, прорывается к единственному уцелевшему кораблю («Навуходоносор» Морфеуса), и покидает Зион, выбираясь на поверхность. Он направляется к главному компьютеру, чтобы уничтожить его, мстя за гибель жителей Зиона, и особенно - за смерть Морфеуса и Тринити.

На борту «Навуходоносора» прячется Бэйн-Смит, пытающийся помешать Нео уничтожить Матрицу, поскольку он понимает, что при этом погибнет и сам. В эпической драке с Нео Бэйн также проявляет суперспособности, выжигает Нео глаза, но в конце концов погибает. Далее следует сцена, в которой ослепший, но всё равно всё видящий Нео сквозь мириады врагов прорывается к Центру и устраивает там грандиозный взрыв. Он буквально испепеляет не только Центральный Компьютер, но и самого себя. Миллионы капсул с людьми отключаются, свечение в них пропадает, машины замирают навсегда и взору зрителя предстаёт погибшая, пустынная планета.

Яркий свет. Нео, совершенно неповреждённый, без ран и с целыми глазами, приходит в себя сидящим в красном кресле Морфеуса из первой части «Матрицы» в абсолютно белом пространстве. Он видит перед собой Архитектора. Архитектор говорит Нео, что потрясён тем, на что способен человек во имя любви. Он говорит, что не учёл ту силу, которая вселяется в человека, когда он готов пожертвовать своей жизнью ради других людей. Он говорит, что машины на это не способны, и поэтому они могут проиграть, даже если это кажется немыслимым. Он говорит, что Нео - единственный из всех Избранных, который «смог зайти так далеко».

Нео спрашивает, где он. В Матрице, отвечает Архитектор. Совершенство Матрицы заключается, в числе прочего, ещё и в том, что она не допускает, чтобы непредвиденные события нанесли ей хоть малейший ущерб. Архитектор сообщает Нео, что они сейчас находятся в «нулевой точке» после перезагрузки Матрицы, в самом начале её Седьмой Версии.

Нео ничего не понимает. Он говорит, что только что уничтожил Центральный Компьютер, что Матрицы больше нет, как и всего человечества. Архитектор смеётся, и сообщает Нео нечто, шокирующее до глубины души не только его, но и весь зрительный зал.

Зион - это часть Матрицы. Для того, чтобы создать для людей видимость свободы, для того, чтобы дать им Выбор, без которого человек не может существовать, Архитектор придумал реальность внутри реальности. И Зион, и вся война с машинами, и агент Смит, и вообще всё, что происходило с самого начала трилогии, было спланировано заранее и является не более чем сном. Война была только отвлекающим маневром, а на самом деле все, кто погиб в Зионе, боролся с машинами, и сражался внутри Матрицы, продолжают лежать в своих капсулах в розовом сиропе, они живы и ждут новой перезагрузки системы, чтобы снова начать в ней «жить», «бороться» и «освобождаться». И в этой стройной системе Нео - после его «перерождения» - будет отведена всё та же самая роль, что и во всех предыдущих версиях Матрицы: вдохновлять людей на борьбу, которой нет.

Ни один человек никогда не покидал Матрицу с момента её создания. Ни один человек никогда не умирал иначе, как согласно плану машин. Все люди - рабы, и это никогда не изменится.



Камера показывает героев фильма, лежащих в своих капсулах в разных уголках «питомников»: вот Морфеус, вот Тринити, вот капитан Мифунэ, погибщий в Зионе смертью храбрых, и многие, многие другие. Все они безволосы, дистрофичны и опутаны шлангами. Последним показывают Нео, выглядящего в точности так же, как в первом фильме в момент его «освобождения» Морфеусом. Лицо Нео безмятежно.

Вот как объясняется ваша суперсила в «реальности», говорит Архитектор. Этим же объясняется и существование Зиона, который люди «никогда не смогли бы построить таким, каким вы его видели» из-за нехватки ресурсов. И неужели, смеется Архитектор, мы позволяли бы освобожденным из Матрицы людям скрываться в Зионе, если у нас всегда была возможность либо убить их, либо подключить к Матрице снова? И неужели нам нужно было ждать десятилетия, чтобы уничтожить Зион, даже если бы он существовал? Всё-таки вы нас недооцениваете, мистер Андерсон, говорит Архитектор.

Нео, с помертвевшим лицом глядящий прямо перед собой, пытается осознать происшедшее, и бросает последний взгляд на Архитектора, который говорит ему на прощание: «В Седьмой Версии Матрицы миром будет править Любовь».

Звучит будильник. Нео просыпается, и выключает его. Последний кадр фильма: Нео в деловом костюме выходит из дома, и быстрым шагом направляется на работу, растворяясь в толпе. Под тяжелую музыку начинаются финальные титры.

Мало того, что этот сценарий выглядит более стройным и понятным, мало того, что в нём действительно блестяще объясняются сюжетные дыры, которые были оставлены без объяснений в экранизации - он ещё и гораздо лучше вписывается в мрачный стиль киберпанка, чем исполненный «надежды» конец увиденной нами трилогии. Это не просто Антиутопия, но Антиутопия в своем самом жестоком проявлении: конец света давно позади, и ничего нельзя исправить.

Но продюсеры настояли на хэппи-энде, пусть и не особенно радостном, а ещё их условием было обязательное включение в картину эпичного противостояния Нео и его антипода Смита как некого библейского аналога битвы Добра и Зла. В итоге довольно навороченная философская притча первой части досадно выродилась в набор виртуозных спецэффектов без особенно глубокой мысли.


И еще немного интересного для вам про кино: вот например что было , а вот и . Может вас удивят , а так же что такое

Помните, когда начали выходить вторая и третья «Матрицы» многие говорили что это уже не то, что все скатилось к спецэффектами и «голливудщине», пропал так сказать целостный сюжет и философское начало фильма, которое прослеживалось еще в первой части. Были у вас такие мысли? А я вот только сегодня обнаружил, что по сети ходит некий оригинальный сценарий «Матриц». Скорее всего он появился с ресурса фанатов http://lozhki.net/ , там много выложено англоязычных сценариев и материалов фильма.

Но нельзя исключать, что это всего лишь фанатская фантазия. У кого есть более точные сведения на этот счет — поделитесь. А мы с вами будет читать, какой должна была быть настоящая «Матрица» братья Вачовски (ну или кто не знал сестры и брата Вачовски).

Братья Вачовски писали сценарий трилогии «Матрицы» пять лет, но продюсеры переработали их труд. В настоящей «Матрице» Архитектор говорит Нео, что и он сам, и Зион – это часть Матрицы, чтобы создать для людей видимость свободы. Машину человек победить не в силах, и конец света нельзя исправить.

Сценарий «Матрицы» создавался братьями Вачовски на протяжении пяти лет. Он породил целый иллюзорный мир, густо пронизанный сразу несколькими сюжетными линиями, время от времени причудливо переплетавшимися между собой. Адаптируя свой колоссальный труд для экранизации, Вачовски изменили так много, что, по их же собственному признанию, воплощение их замыслов оказалось лишь «фантазией по мотивам» той истории, что была придумана в самом начале.

Из сценария продюсером Джоэлом Сильвером был убран суровый финал. Дело в том, что с самого начала Вачовски задумывали свою трилогию как фильм с самым печальным и безысходным концом.

Итак, оригинальный сценарий «Матрицы».

Прежде всего, стоит оговориться, что сценарные наброски и разные варианты одного и того же фильма, будучи отвергнутыми, далее не дорабатывались, поэтому многое осталось не увязанным в стройную систему. Так, в «грустном» варианте трилогии события второй и третьей частей довольно сильно урезаны. При этом в третьей, заключительной части начинается развертывание настолько суровой интриги, что она практически ставит с ног на голову все события, происходившие ранее по сюжету. Точно так же финал шьямалановского «Шестого чувства» полностью перетряхивает все события фильма с самого его начала. Только в «Матрице» зритель новыми глазами должен был взглянуть практически на всю трилогию. И очень жаль, что Джоэл Сильвер настоял на реализованном варианте

С момента окончания событий первого фильма проходит шесть месяцев. Нео, находясь в реальном мире, обнаруживает у себя невероятную способность воздействовать на окружающее: сперва он поднимает в воздух и гнёт ложку, лежащую на столе, потом определяет положение машин-oхотников за пределами Зиона, потом в бою со Спрутами уничтожает одного из них силой мысли на глазах потрясенной команды корабля.

Нео и все окружающие не могут найти объяснение данному феномену. Нео уверен, что этому есть веская причина, и что его дар как-то связан с войной против машин, и способен оказать решающее воздействие на судьбу людей (в снятом фильме эта способность тоже есть, но она вовсе не объясняется, и на ней даже не особенно заостряют внимание – может, и всё. Хотя, по здравом размышлении, умение Нео в реальном мире вытворять чудеса не имеет абсолютно никакого смысла в свете всей концепции «Матрицы», и выглядит просто странно).

Итак, Нео отправляется к Пифии, чтобы получить ответ на свой вопрос, и узнать, что ему делать дальше. Пифия отвечает Нео, что не знает, почему он обладает сверхспособностями в реальном мире, и как они связаны с Предназначением Нео. Она говорит, что тайну Предназначения нашего героя может открыть только Архитектор – верховная программа, создавшая Матрицу. Нео ищет способ встретиться с Архитектором, проходя через неимоверные трудности (здесь участвуют уже известные нам Мастер ключей в плену у Меровингена, погоня на шоссе и прочее).

И вот Нео встречается с Архитектором. Тот открывает ему, что город людей Зион уничтожался уже пять раз, и что уникальный Нео был намеренно создан машинами для того, чтобы олицетворять для людей надежду на освобождение, и таким образом сохранять спокойствие в Матрице и служить её стабильности. Но когда Нео спрашивает у Архитектора, какую роль во всём этом играют его сверхспособности, проявляющиеся в реальном мире, Архитектор говорит, что ответ на этот вопрос никогда не может быть дан, ибо он приведет к знанию, которое уничтожит всё, за что сражались друзья Нео и он сам.

После разговора с Архитектором Нео понимает, что здесь скрыта какая-то тайна, разгадка которой может принести долгожданный конец войны между людьми и машинами. Его способности становятся всё сильнее. (В сценарии есть несколько сцен с впечатляющими боями Нео с машинами в реальном мире, в котором он развился до супермена, и может почти то же, что и в Матрице: летать, останавливать пули и прочее).

В Зионе становится известно, что машины начали движение к городу людей с целью убить всех вышедших из Матрицы, и всё население города видит надежду на спасение в одном только Нео, который вытворяет прямо-таки грандиозные вещи – в частности, получает умение устраивать мощные взрывы там, где он хочет.

Тем временем вышедший из-под контроля главного компьютера агент Смит, ставший свободным и получивший умение бесконечно копировать себя, начинает угрожать уже самой Матрице. Вселившись в Бэйна, Смит проникает также и в реальный мир.

Нео ищет новой встречи с Архитектором, чтобы предложить ему сделку: он уничтожает агента Смита, разрушив его код, а Архитектор открывает Нео тайну его сверхспособностей в реальном мире и останавливает движение машин на Зион. Но комната в небоскрёбе, где Нео встречался с Архитектором, пуста: создатель Матрицы поменял свой адрес, и теперь никто не знает, как его найти.

Ближе к середине фильма происходит тотальный коллапс: агентов Смитов в Матрице становится больше, чем людей и процесс их самокопирования нарастает как лавина, в реальном мире машины проникают в Зион, и в колоссальной битве уничтожают всех людей, кроме горстки уцелевших во главе с Нео, который, несмотря на свои сверхспособности, не может остановить тысячи машин, рвущихся в город.

Морфеус и Тринити гибнут рядом с Нео, героически защищая Зион. Нео в страшном отчаянии увеличивает свою силу до совсем уж неимоверных масштабов, прорывается к единственному уцелевшему кораблю («Навуходоносор» Морфеуса), и покидает Зион, выбираясь на поверхность. Он направляется к главному компьютеру, чтобы уничтожить его, мстя за гибель жителей Зиона, и особенно – за смерть Морфеуса и Тринити.

На борту «Навуходоносора» прячется Бэйн-Смит, пытающийся помешать Нео уничтожить Матрицу, поскольку он понимает, что при этом погибнет и сам. В эпической драке с Нео Бэйн также проявляет суперспособности, выжигает Нео глаза, но в конце концов погибает. Далее следует сцена, в которой ослепший, но всё равно всё видящий Нео сквозь мириады врагов прорывается к Центру и устраивает там грандиозный взрыв. Он буквально испепеляет не только Центральный Компьютер, но и самого себя. Миллионы капсул с людьми отключаются, свечение в них пропадает, машины замирают навсегда и взору зрителя предстаёт погибшая, пустынная планета.

Яркий свет. Нео, совершенно неповреждённый, без ран и с целыми глазами, приходит в себя сидящим в красном кресле Морфеуса из первой части «Матрицы» в абсолютно белом пространстве. Он видит перед собой Архитектора. Архитектор говорит Нео, что потрясён тем, на что способен человек во имя любви. Он говорит, что не учёл ту силу, которая вселяется в человека, когда он готов пожертвовать своей жизнью ради других людей. Он говорит, что машины на это не способны, и поэтому они могут проиграть, даже если это кажется немыслимым. Он говорит, что Нео – единственный из всех Избранных, который «смог зайти так далеко».

Нео спрашивает, где он. В Матрице, отвечает Архитектор. Совершенство Матрицы заключается, в числе прочего, ещё и в том, что она не допускает, чтобы непредвиденные события нанесли ей хоть малейший ущерб. Архитектор сообщает Нео, что они сейчас находятся в «нулевой точке» после перезагрузки Матрицы, в самом начале её Седьмой Версии.

Нео ничего не понимает. Он говорит, что только что уничтожил Центральный Компьютер, что Матрицы больше нет, как и всего человечества. Архитектор смеётся, и сообщает Нео нечто, шокирующее до глубины души не только его, но и весь зрительный зал.

Зион – это часть Матрицы. Для того, чтобы создать для людей видимость свободы, для того, чтобы дать им Выбор, без которого человек не может существовать, Архитектор придумал реальность внутри реальности. И Зион, и вся война с машинами, и агент Смит, и вообще всё, что происходило с самого начала трилогии, было спланировано заранее и является не более чем сном. Война была только отвлекающим маневром, а на самом деле все, кто погиб в Зионе, боролся с машинами, и сражался внутри Матрицы, продолжают лежать в своих капсулах в розовом сиропе, они живы и ждут новой перезагрузки системы, чтобы снова начать в ней «жить», «бороться» и «освобождаться». И в этой стройной системе Нео – после его «перерождения» – будет отведена всё та же самая роль, что и во всех предыдущих версиях Матрицы: вдохновлять людей на борьбу, которой нет.

Ни один человек никогда не покидал Матрицу с момента её создания. Ни один человек никогда не умирал иначе, как согласно плану машин. Все люди – рабы, и это никогда не изменится.

Камера показывает героев фильма, лежащих в своих капсулах в разных уголках «питомников»: вот Морфеус, вот Тринити, вот капитан Мифунэ, погибщий в Зионе смертью храбрых, и многие, многие другие. Все они безволосы, дистрофичны и опутаны шлангами. Последним показывают Нео, выглядящего в точности так же, как в первом фильме в момент его «освобождения» Морфеусом. Лицо Нео безмятежно.

Вот как объясняется ваша суперсила в «реальности», говорит Архитектор. Этим же объясняется и существование Зиона, который люди «никогда не смогли бы построить таким, каким вы его видели» из-за нехватки ресурсов. И неужели, смеется Архитектор, мы позволяли бы освобожденным из Матрицы людям скрываться в Зионе, если у нас всегда была возможность либо убить их, либо подключить к Матрице снова? И неужели нам нужно было ждать десятилетия, чтобы уничтожить Зион, даже если бы он существовал? Всё-таки вы нас недооцениваете, мистер Андерсон, говорит Архитектор.

Нео, с помертвевшим лицом глядящий прямо перед собой, пытается осознать происшедшее, и бросает последний взгляд на Архитектора, который говорит ему на прощание: «В Седьмой Версии Матрицы миром будет править Любовь».

Звучит будильник. Нео просыпается, и выключает его. Последний кадр фильма: Нео в деловом костюме выходит из дома, и быстрым шагом направляется на работу, растворяясь в толпе. Под тяжелую музыку начинаются финальные титры.

Мало того, что этот сценарий выглядит более стройным и понятным, мало того, что в нём действительно блестяще объясняются сюжетные дыры, которые были оставлены без объяснений в экранизации – он ещё и гораздо лучше вписывается в мрачный стиль киберпанка, чем исполненный «надежды» конец увиденной нами трилогии. Это не просто Антиутопия, но Антиутопия в своем самом жестоком проявлении: конец света давно позади, и ничего нельзя исправить.

Но продюсеры настояли на хэппи-энде, пусть и не особенно радостном, а ещё их условием было обязательное включение в картину эпичного противостояния Нео и его антипода Смита как некого библейского аналога битвы Добра и Зла. В итоге довольно навороченная философская притча первой части досадно выродилась в набор виртуозных спецэффектов без особенно глубокой мысли.

Вот тут можно скачать оригинальный сценарий

источники

http://ttolk.ru/?p=23692

http://lozhki.net/matrix_screenplays.shtml

http://www.kino-mira.ru/interesnie-fakty-iz-mira-kino/2564-matrica-neizvestny-final.html

И еще немного интересного для вам про кино: вот например что было , а вот и . Может вас удивят , а так же что такое Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия -